(no subject)

[otkaznik1]

Любопытно, что возникшее недавно понятие «постправды» восходит к старому русскому дискурсу еще 19-го века. Кажется Н.К.Михайловский первый ввел различие между правдой-истиной и правдой-справедливостью:

«Всякий раз, как мне приходит в голову слово «правда», я не могу не восхищаться его поразительною внутреннею красотой. Такого слова нет, кажется, ни в одном европейском языке. Кажется, только по-русски истина и справедливость называются одним и тем же словом и как бы сливаются в одно великое целое».

«Безбоязненно смотреть в глаза действительности и ее отражению — правде-истине, правде объективной, и в то же время охранять и правду-справедливость, правду субъективную — такова задача всей моей жизни».

И именно в России же опасность этой мысли была отрефлексирована. Н. А. Бердяев в свой статье в «Вехах» пишет:

«С русской интеллигенцией в силу исторического ее положения случилось вот какого рода несчастье: любовь к уравнительной справедливости, к общественному добру, к народному благу парализовала любовь к истине, почти что уничтожила интерес к истине.»

Похоже, что предупреждение Бердяева осталось незамеченным и невостребованным.